Декабрь, метёт, искрится иней
На проводах трамвайных линий.
Бежит, диспетчером гонимый,
В депо трамвайчик нелюдимый.

По траекториям известным,
Когда не влево и не вправо,
А лишь вперёд по рельсам тесным,
Согласно РЖД устава.

И в стёкла бьёт позёмкой ветер,
Дрожат снежинки на вагоне.
По карте «Тройка» едет вечер
В его нетопленном салоне.

А в небесах, в огнях вечерних,
По звёздным рельсам над землёю,
Везёт нам Млечный путь сочельник
Над головою.




Декабрь 2020

Слушай, друг, а когда наконец
Мы с тобой повстречаемся с миром?
Я смотрю, ты совсем не боец,
Да и я не солдат командирам.
Я не трус и не стану таким,
И люблю нашу Родину, просто
Не хочу умирать молодым,
Даже ради победного тоста.
Я мечтаю до старости жить,
А не лишь доживать до победы.
Мне хотелось бы шляпу носить,
А не только будёновку деда.
И пускай нас настигнет любовь,
И пусть счастье найдёт к нам дорогу,
И не льётся пусть реками кровь,
Её так уже про́лито много.
Да, и мир пусть наш будет такой,
Чтоб мы зло не «мочили в сортире».
Как же хочется, Боже ты мой,
Мне до мира дожить в целом мире!



Декабрь 2020

Дождь вырывает небо у волны.
Скандалит с морем нудно и уныло.
Но все претензии его обречены,
Ему не совладать с морскою силой.

Морской волной, по силе как взрывной,
С себя сметает море дождь осенний.
Тем подтверждая небу статус свой,
Неприкасаемость своих владений.

Морская ширь - не властвуют тобой
Ни Бог, ни человек, ни мать-природа.
Лежишь века меж небом и землёй,
Как воплощенье силы и свободы.




Декабрь 2020

Я буду мастерить телегу…

Не греет душу вид ненастья,
В снега одетая земля.
Жить ме́сяцы под зимней властью
Пурги и вьюг не жажду я.

Я зимний день не привечаю
Поскольку баловень весны,
Поклонник радостного мая,
О нём мечтания и сны.

Что до зимы? Хоть плачь, хоть смейся,
Но всё равно она придёт.
Отвлечь природу не надейся,
Всё в нужный срок произойдёт.

И, потому, смирюсь со снегом,
С зимой, и вновь по мере сил,
Я буду мастерить телегу,
Как летом сани мастерил.




Декабрь 2020

Наш первый новогодний день …

Наш первый новогодний день:
- Ночь спит, своё уж отгуляла.
На улице – кому не лень,
А за столом – кому всё мало.

И слышится со всех сторон
Как в доме празднуют соседи.
И крик, и смех, и лай, и стон.
Собаки, дяди, тёти, дети.

А я, признаться, утомлён
От новогоднего вторженья.
Мечтаю окунуться в сон
До полного в нём погруженья.

Чтоб вдруг затих и шум, и гам,
Так, чтоб часов услышать стрелки.
Забыть, как долбят по мозгам
Над нашим домом фейерверки.

Уснуть, и что бы сон меня
На спинах сказочных оленей
Умчал из суматохи дня
В страну спокойствия и те́ней.




Декабрь 2020

Седая Балтия. Веками рать на рать
Сшибались здесь славяне и тевтонцы,
Мечом решая свой удел под солнцем.
И в сорок пятом встретились опять.

Опять готовы были умирать,
Опять в атаки яростные шли,
Друг другу не желая уступать
Ни пяди этой выжженной земли.

Казалось Кёнигсберг неодолим –
Германии оплот Восточно-Прусский.
Но вот пришёл сюда солдат наш русский,
И флаг Победы водрузил над ним.

А Балтика разбавила с лихвой
Родные воды кровушкой солдатской.
Лишь дюн пески, своей могилой братской,
Всех павших примирили меж собой.

В историю сплетаются года.
Их с сорок пятого прошло уже немало.
И та война почти легендой стала,
Но в памяти осталась навсегда.

А наша память издавна ценна
Тем, что своих врагов прощать умеем.
И право сильного на то имеем.
На вечные, надеюсь, времена.



Январь 2021

Волна горька́, солё́на и шумна́.
Шумит далёким эхом канонад.
А просолила Балтику война
Солдатской кровью много лет назад.

Волна горчит от «фронтовых ста грамм»,
Что заставляли быть смелей и злей.
Горька от слёз полынных вдов и мам,
И от мужских скупых в помин друзей.

Волна сурова памятью своей
О той войне на здешних берегах,
О море человеческих смертей,
Что вынесла на собственных руках.

И крики птиц как реквием звучат
В минорном поминании волны
По тысячам и тысячам солдат,
Что не вернулись с проклятой войны.

А разминётся память вдруг с войной,
Волна о ней напомнит мне опять.
И я опять вернусь в войну с волной,
Чтоб вспомнить всё, почувствовать, понять.




Январь 2021

Погожий августовский день
44-го по счёту.
Как землю вдруг накрыла тень
Британо-авиа-налёта.

Пилотам город лишь мишень,
Лишь профпригодности проверка.
И превратился в Судный день
Обычный вторник Кёнигсберга.

Армада яростных машин
С небес, как будто похоронки,
Бросала тонны бомб и мин
В одну гигантскую воронку.

И бомбы рвались тут и там,
Красавец Кёнигсберг калеча,
И стены падали к ногам,
И крыши плавились как свечи.

И солнце перестало греть,
А грел огонь домов горящих.
И город был уже на треть
В руинах, сердце леденящих.

И гибли тысячи людей,
Британцы город не щадили.
Их самолёты злей и злей
Его бомбили и бомбили.

И, сбросив «груз» в последний раз,
Как между прочим в нудном деле,
Герои-летчики под джаз
К себе на остров улетели.

А сзади город умирать
Остался, догорая тленно.
Кто не умеет воевать,
Бомбит, как правило, отменно.



Январь 2021

Седина – в бороду, бес – в ребро

Виски сединой серебрятся
И чешутся мыслью одной,
Что годы проносятся, братцы,
А я непутёвый такой.

Такой, что не слышно, не видно
Ни жён, ни детей, ни кота.
И, чтобы им быть, очевидно,
Не сделал пока ни черта.

Простите, что вспомнил я беса.
Тогда уж добро за добро.
Меня пусть седого повесу
Ударит тот чёрт под ребро.

Надеюсь, с бесовской проказой
И личное счастье придёт.
Ребёнок, понятно, не сразу.
Хотя бы супруга и кот.





Январь 2021

На днях в гостях был у одной вдовы,
Уже как год скончавшегося друга.
Мы лишь на по́хоронах видели друг друга,
Поэтому общались всё на «Вы».

Мы пили чай в гостиной у окна,
И речь вели об у́мершем учтиво.
Она была печальна и красива,
И в тёмном вся, подчёркнуто стройна.

За чаем мне показывала фото,
Я их рассматривал, она – меня.
И с ней, по-моему, происходило что-то,
А дыма не бывает без огня.

И пили чай, теперь уже с улыбкой,
И не было скорбящей пустоты,
И разговор наш перешёл на «Ты»,
И сразу под рубахой стало липко.

Я выпил чай и встал из-за стола,
Она смотрела, ожидая что-то.
И, намекни я на свою охоту,
Мне кажется, она бы мне дала.

Но я сдержался честно, по-мужски.
Прощаясь, грешен, обнял слишком смело.
И быстро вышел, она в след смотрела,
И столько было женской в том тоски.

Ушёл, не оглянувшись чтоб узнать,
Стоит ли у окна она на третьем.
Уверен был, что ни за что на свете
Не дам себе сюда прийти опять.



Январь 2021